Школа как объект геополитики: Ценен ли опыт Латвии для Литвы?

Напряжённость в отношениях Литвы и Польши нарастает. К нерешённому вопросу написания польских фамилий прибавился новый Закон об образовании, который вступит в силу уже в июле этого года. В соответствии с ним в школах национальных меньшинств на литовском языке должны будут преподаваться предметы, связанные с литовской историей и географией, а также основы гражданственности (до этого на литовском языке в них проходили только уроки самого литовского языка). Авторы закона утверждают, что изменения помогут молодежи нацменьшинств лучше интегрироваться в литовское общество, успешнее поступать в ВУЗы и стать более конкурентноспособной на рынке труда. В свою очередь противники поправок считают, что целью нового закона является насильственная ассимиляция молодого поколения национальных меньшинств Литвы.

Литовский опыт в данном случае не является уникальным, так как схожая ситуация сложилась в соседней Латвии. Там реформа школ нацменьшинств (в основном русских) также вызвала возмущение политиков, представляющих интересы русскоязычного населения страны, и бурную реакцию со стороны Москвы.

В 1995 г. Латвия приняла поправки к Закону об образовании, согласно которым в 1-9 классах школ национальных меньшинств на латышском языке должны преподаваться два предметам, а в 10-12 классах – три. Однако наиболее спорной стала реформа 2004 г., в соответствии с которой с 10 класса 60% предметов в школах нацменьшинств должны преподаваться на государственном языке.

Примечателен тот факт, что даже её критики признают наличие проблемы плохого знания латышского языка у учеников школ нацменьшинств. Однако русскоязычные граждане (и не граждане) Латвии с началом реформы сразу же заговорили о «насильственной ассимиляции» и попытках «сломать хребет» местной русской культуре. Были организованы массовые акции протеста, появился лозунг: «Русские школы – наш Сталинград». Кроме того, противники реформы заявили, что преподавание 60% предметов на латышском языке значительно повышает нагрузку на учащихся школ нацменьшинств, так как им сложнее усваивать материал не неродном языке, и они вынуждены уделять больше времени выполнению домашнего задания.

Одновременно этот вопрос использовался в российской геополитической игре: реформа дала Москве возможность в очередной раз заявить о нарушении прав человека в Латвии, о том, что это «фашистское государство» и т.д. Такая её реакция не удивляет, так как русские школы в странах бывшего Советского Союза Россия рассматривает как неотъемлемую часть концепции «Русского мира», согласно которой все, для кого русский язык является родным, составляют единую геополитическую сеть.

Однако что бы не говорили оппоненты «реформы 2004 года» в Латвии и России, последние опросы общественного мнения показывают, что ученики русских школ Латвии оценивают её всё более позитивно. Как сообщает Министерство образования страны, сразу после реформы желание учиться на двух языках выразили меньше половины учащихся школ нацменьшинств, но в 2010 г. их число увеличилось до 58%. Школьники, желающие учиться только на русском языке, в 2004 г. составляли 50%, в 2010 – 34%. Отношение к реформе образования в школах нацменьшинств тоже улучшилось: если в 2004 г. ее поддерживали 15%, то в 2010 г. – уже 35% школьников [http://rus.delfi.lv/archive/print.php?id=36865757].

Кроме того, реформа не разрушила окончательно отношения между Латвией и Россией. Сегодня диалог между странами ведётся весьма конструктивно, что подтвердил визит президента Латвии В. Затлерса в Москву в конце прошлого года. Это означает то, что претензии, связанные с судьбой русских школ, не являются главным объектом споров Москвы и Риги. Скорее, это лишь риторический аргумент в рамках более широкой политической дискуссии.

Похожее место «проблема школ» занимает в разногласия Литвы и Польши. Положения нового литовского Закона об образовании гораздо мягче, чем в Латвии. Кроме того, Литва и Польша находятся по одну сторону геополитических баррикад. Однако в контексте общего обострения отношений каждая капля может вызвать бурю. Сегодня вопрос образования национальных меньшинств Литвы является основой для политических игр с целью заработать лишние предвыборные очки: им пользуются как некоторые литовские политики, так и отдельные политические силы в Польше. Однако следует отметить и конкретную вину Литвы в сложившейся ситуации.

До последнего времени внимания проблемам нацменьшинства в ней уделялось крайне меньше. На них смотрели сквозь пальцы. В частности, был ликвидирован Департамент по делам национальных меньшинств и эмиграции при МИДе (с передачей его функций Министерству культуры). Долгое время положение нацменьшинств в стране регламентировал ещё в советское время принятый и в 1991 г. лишь подправленный Закон о национальных меньшинствах. Однако 1 января 2010 г. он утратил силу, а новый не принят до сих пор. Неудовлетворительной можно назвать и информационную политику Литвы в отношении нацменьшинств. Ещё в 2007 г. литовский государственный канал ликвидировал новостную передачу на русском языке, взамен не предложив ничего. Сегодня эту нишу успешно заполнила русско- и польскоязычная печатная и телевизионная продукция, в первую очередь – «Первый Балтийский Канал». Он доступен только пользователям кабельного телевидения, однако по своей популярности не уступает главным литовским каналам. Это означает, что нацменьшинства в Литве легко могут стать объектом влияния и манипуляции со стороны других стран и превратится в постоянный источник разногласий с ними.
Виктор Денисенко

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ